Поэт, обессмертивший своё имя

15 февраля в нашей стране отметили 115-летие со дня рождения Мусы Джалиля (Залилова Мусы Мустафовича) – поэта, Героя Советского Союза

В мировой литературе много поэтов, обессмертивших свои имена. Но можно сосчитать по пальцам одной руки таких, как Герой Муса Джалиль, увековечивший своё имя стихами и песнями, написанными в фашистских лагерях, и смертью-подвигом.

Муса Джалиль родился 15 февраля1906 года в деревне Мустафино Оренбургской губернии, в многодетной семье. Его настоящее имя – Муса Мустафович Залилов, свой псевдоним он придумал в учебные годы, когда издавал газету для своих одноклассников. Его родители, Мустафа и Рахима Залиловы, жили бедно.

Муса был шестым ребёнком. С ранних лет он полюбил чтение, но так как денег на книги не хватало, он мастерил их вручную, самостоятельно, записывая в них услышанное или придуманное, а в возрасте 9 лет начал писать стихи.

20-е годы – трудное время, когда свирепствовал голод. Умерли отец Мусы и два брата, а сам он стал беспризорником. От голодной смерти его спас сотрудник газеты «Красная звезда», который помог ему поступить в Оренбургскую военно-партийную школу, а затем в Татарский институт народного образования. В 1922 году Муса переехал в Казань, где стал учиться на рабочем факультете, активно участвовал в деятельности комсомола, организовывал для молодёжи различные творческие встречи, много времени уделял созданию литературных произведений. В 1927 году комсомольская организация направила Джалиля в Москву, где он учился на филфаке МГУ, занимался поэтической и журналистской деятельностью, управлял литературной областью татарской оперной студии.

В Москве Муса устроил свою личную жизнь, став мужем и отцом. В 1938 году о с семьёй и оперной студией переехал в Казань. Там он поступил на работу в Татарский оперный театр, а через год уже занимал должности председателя Союза писателей Татарской республики и депутата городского Совета. Джалиль перевёл на татарский язык «Женитьбу Фигаро» и несколько арий из других опер. При его содействии переведены «Фауст», «Кармен», «Евгений Онегин» и другие классические произведения.

На следующий день после объявления войны Муса Джалиль пошёл в военкомат, где ему велели ждать повестку. Повестка пришла 13 июля 1941 года. Муса ушёл на фронт в качестве военного корреспондента. В 1942 году получил тяжёлое ранение в грудь и попал в плен к фашистам.

Чтобы продолжать бороться с врагом, он стал участником немецкого легиона «Идель-Урал», в которой выполнял функцию отбора военнопленных для создания развлекательных мероприятий для фашистов. Пользуясь случаем, Муса Джалиль создал подпольную группировку внутри легиона, а в процессе отбора военнопленных вербовал новых членов своей тайной организации. Его подпольная группировка пыталась поднять восстание в 1943 году, в результате чего более 500 пленённых комсомольцев смогли присоединиться к белорусским партизанам. Летом того же года группировку Джалиля раскрыли, а её основателя Мусу казнили путём отсечения головы в фашистской тюрьме Плётцензее 25 августа 1944 года.

Война закончилась. На родине Джалиль продолжал числиться пропавшим без вести. В 1946 году Министерство госбезопасности СССР завело розыскное дело на Мусу Залилова. Его подозревали в измене и пособничестве врагу. В апреле 1947 года он попал в список особо опасных преступников. Но Муса Джалиль был поэтом.

Именно стихи стали первым свидетельством его невиновности. Написанным на клочках бумаги и собранным в маленькие блокнотики стихам было суждено выжить. Они несли в себе несокрушимый джалилевский дух, его любовь и тоску, его нежность и ярость. Близкая смерть не заставила его отречься от своих идеалов.

Блокноты со стихами получили название «Моабитские тетради», поскольку были в основном написаны в берлинской тюрьме Моабит, где Джалиль провёл последние, страшные месяцы своей жизни. До нас дошли два таких сборника. Первый вынес из Моабита бывший узник Габбас Шарипов. Во Франции ему удалось передать тетрадь другому военнопленному – Нигмату Терегулову, который привёз стихи с собою в Казань. Вторую тетрадь незадолго до казни сам Джалиль отдал сокамернику – бельгийскому антифашисту Андре Тиммермансу. После войны, в 1947 году, Тиммерманс передал её в советское консульство в Брюсселе. В 1956 году Муса Джалиль посмертно был удостоен звания Героя Советского Союза, а в 1957 году за стихи из «Моабитских тетрадей» стал лауреатом Ленинской премии.

Каждый год в день рождения поэта и героя в Казани, в Национальном музее Республики Татарстан проходит День подлинника. Главное событие этой даты – торжественный вынос из фондов музея двух хранящихся там «Моабитских тетрадей», и лишь в этот день каждый желающий может увидеть этот документ – живое свидетельство яркой героической судьбы поэта Мусы Джалиля.

В преддверии юбилея поэта сотрудники Агаповской районной библиотеки провели литературный час «Поэзия мужества» для посетителей группы дневного пребывания в Комплексном центре социального облуживания, в ходе которого рассказали о судьбе и творчестве поэта. В Агаповской районной детской библиотеке для юных читателей подготовили литературный час и выставку «По страницам книг Мусы Джалиля». Учащиеся школ района также приняли участие в муниципальном этапе международного конкурса чтецов «Джалиловские чтения».

Варварство

Они с детьми погнали матерей

И яму рыть заставили, а сами

Они стояли, кучка дикарей,

И хриплыми смеялись голосами.

У края бездны выстроили в ряд

Бессильных женщин, худеньких ребят.

Пришёл хмельной майор и медными глазами

Окинул обреченных… Мутный дождь

Гудел в листве соседних рощ

И на полях, одетых мглою,

И тучи опустились над землёю,

Друг друга с бешенством гоня…

Нет, этого я не забуду дня,

Я не забуду никогда, вовеки!

Я видел: плакали, как дети, реки,

И в ярости рыдала мать-земля.

Своими видел я глазами,

Как солнце скорбное, омытое слезами,

Сквозь тучу вышло на поля,

В последний раз детей поцеловало,

В последний раз…

Шумел осенний лес. Казалось, что сейчас

Он обезумел. Гневно бушевала

Его листва. Сгущалась мгла вокруг.

Я слышал: мощный дуб свалился вдруг,

Он падал, издавая вздох тяжёлый.

Детей внезапно охватил испуг –

Прижались к матерям, цепляясь за подолы.

И выстрела раздался резкий звук,

Прервав проклятье,

Что вырвалось у женщины одной.

Ребёнок, мальчуган больной,

Головку спрятал в складках платья

Ещё не старой женщины. Она

Смотрела, ужаса полна.

Как не лишиться ей рассудка!

Всё понял, понял всё малютка.

– Спрячь, мамочка, меня! Не надо умирать! –

Он плачет и, как лист, сдержать не может дрожи.

Дитя, что ей всего дороже,

Нагнувшись, подняла двумя руками мать,

Прижала к сердцу, против дула прямо…

– Я, мама, жить хочу. Не надо, мама!

Пусти меня, пусти! Чего ты ждёшь? –

И хочет вырваться из рук ребёнок,

И страшен плач, и голос тонок,

И в сердце он вонзается, как нож.

– Не бойся, мальчик мой. Сейчас вздохнёшь ты вольно.

Закрой глаза, но голову не прячь,

Чтобы тебя живым не закопал палач.

Терпи, сынок, терпи. Сейчас не будет больно.

И он закрыл глаза. И заалела кровь,

По шее лентой красной извиваясь.

Две жизни наземь падают, сливаясь,

Две жизни и одна любовь!

Гром грянул. Ветер свистнул в тучах.

Заплакала земля в тоске глухой,

О, сколько слёз, горячих и горючих!

Земля моя, скажи мне, что с тобой?

Ты часто горе видела людское,

Ты миллионы лет цвела для нас,

Но испытала ль ты хотя бы раз

Такой позор и варварство такое?

Страна моя, враги тебе грозят,

Но выше подними великой правды знамя,

Омой его земли кровавыми слезами,

И пусть его лучи пронзят,

Пусть уничтожат беспощадно

Тех варваров, тех дикарей,

Что кровь детей глотают жадно,

Кровь наших матерей…

(Перевод С. Липкина)

Автор: Надежда Лавритова

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите левый Ctrl+Enter.