Яркая и талантливая

Она родилась 7 января, в день, когда мы празднуем один из самых великих праздников – Рождество Христово

И хотя трудностей в жизни нашей героини было достаточно, Господь дал ей не только силы для их преодоления, но ещё и множество талантов.

– Моё детство прошло в городе Пласте, – рассказывает Анна Андреева из посёлка Янгельский. – Я была активным ребёнком: увлекалась рисованием, посещала спортивные секции, а когда меня в числе других одноклассников отобрали для занятия в хореографическом кружке, я стала заниматься и танцами…

Впрочем, связывать свою жизнь со сценой девочка не думала. Она хотела стать юристом. Но жизнь распорядилась по-другому. После смерти мамы Аня осталась одна. К тому времени она закончила восемь классов.

– Я собрала вещи и приехала в посёлок Урожайный, где жила тётя с семьёй, – вспоминает Анна Ивановна. – Думала, буду жить и учиться здесь. Но у родных и без меня забот хватало, а в школу меня не взяли. Сказали, что раз я учила английский язык, а в школе преподают немецкий, мне нужно ехать в городской интернат. Ехать в интернат мне совсем не хотелось. Я задумалась: что же делать? И вдруг узнаю, что в Челябинском культпросветучилище объявлен набор на шестимесячные хореографические курсы.

Анна поехала и без проблем поступила. По окончании курсов педагоги предложили ей продолжить обучение, что она с удовольствием и сделала. Спустя три года Анна вернулась в посёлок Буранный уже дипломированным хореографом.

– По распределению я должна была ехать на Камчатку, но совхоз Буранный активно развивался и нуждался в том числе в профессиональных работниках культуры. Руководство совхоза отправило в училище заявку с просьбой направить меня в посёлок и пообещало предоставить жильё.

И действительно, по приезду Анне вручили ключи от однокомнатной квартиры в новом доме. Вскоре 19-летний хореограф приступила к работе.

– Набрала три коллектива: младшую группу, среднюю и старшую, – продолжает Анна Ивановна. – Ребята и девчонки на репетиции бежали с удовольствием. Родителям тоже нравилось, ведь отбор был жёсткий: если в дневнике плохие оценки, о танцах и выступлениях придётся забыть.

В свою работу юная Аня вкладывала не только полученные знания, но и душу, а потому все их выступления проходили на «ура». В программе коллективов были русские, венгерские, белорусские танцы, танцы народов Урала, а также тематические сюиты.

И вот настало время отчётного концерта. По традиции оценивали его и первые лица района. Антонина Будуева, занимавшая тогда должность третьего секретаря райкома КПСС, была в восторге. «Я такого ещё нигде не видела!» – заявила она и поручила выдать юному хореографу премию в размере должностного оклада.

– Получала я 60 рублей, премию выдали в размере 50 рублей. Я поехала и купила на них обалденные туфли, – смеётся Анна Ивановна.

1 сентября 1971 года наша героиня вышла замуж. Её избранником стал Виктор Андреев. Свадьбу молодые решили не делать, просто пошли в сельсовет и расписались. Супруг переехал жить к Анне.

– Открываю дверь, а там Витя стоит: на одной руке висят брюки, на другой –рубашки, а за пазухой – котёнок. Так вот и началась наша семейная жизнь, – вспоминает моя собеседница. – И вот уже 50 лет мы вместе.

Спустя год в семье появился первенец. Малышу было всего несколько недель, когда завклубом Александр Вайгант предложил молодой маме выйти на работу: «Аня, твои ребята ждут репетиции, нельзя их бросать. Выходи, а пока ты с ними будешь занята, мы все нянчиться будем…» И она вышла. Пока в зале проходили занятия, в фойе коллеги, а зачастую и сам Александр Иванович, развлекали как могли маленького Андрюшку.

– Все мои мальчишки, а у меня трое сыновей, выросли в клубе, – рассказывает Анна Ивановна. – А иначе и быть не могло. Ведь мы в клубе и в будни, и в праздники. Репетиции, концерты, выездные выступления агитбригады… Где только ни бывала Анна Ивановна со своими артистами: на утренних дойках, в полях, в домах культуры района и области.

В начале 80-х Андреевы переехали в Янгельку. Анна Ивановна возглавила работу местного ДК и… поступила в Челябинский государственный институт культуры, на специальность «режиссура клубных мероприятий». Как она успевала совмещать работу, семью и учёбу – честно говоря, представить сложно. Но она успевала везде. А слава о янгельских артистах вышла далеко за пределы района. В 1982 году имя Анны Андреевой было занесено в Книгу трудовой славы Агаповского района. Год спустя она была награждена Почётной грамотой министерства культуры СССР, а в 1998-м ей было присвоено звание заслуженного работника культуры.

Шли годы. Дети выросли, обзавелись семьями. Как-то Анна Ивановна привела внука на кружок лепки из глины, который вела талантливый педагог и мастерица Наталья Тонкушина. Привела, да и осталась сама – так её увлекло это творчество.

– Представляете, сидит вокруг ребятня, и я, бабушка, – смеётся Анна Ивановна.

Вскоре она начала лепить не только фигурки, но и картины. Первая из них – «Рождество» – украшает одну из стен дома. Множество других разошлись по стране.

– Как-то на Аркаиме была выставка народных умельцев, – вспоминает наша героиня. – Там было много москвичей. Уговорили они меня продать им свои работы. Ладно, говорю, забирайте, я новые сделаю. На пенсии времени свободного много – вот я и рисую, и вяжу, и леплю потихоньку…

А ещё Анна Ивановна пишет замечательные стихи.

– Сценарии я, конечно, писала, – признаётся она, – но вот о том, чтобы писать стихи, никогда даже не думала. Какая-то полоса в жизни была непростая, со здоровьем проблемы. Возникло желание пойти в церковь. Я пришла в наш агаповский храм, купила свечи, постояла у икон, поговорила мысленно с ними. А когда шла назад, слова сами начали складываться в строки:

Полоса ты моя, полоса,

То ты чёрная, то ты белая.

Как по шпалам, иду из полос

К горизонту, где радуга спелая…

А уже вскоре первые стихи Анны Ивановны были опубликованы в нашей газете и нашли отклик в душах читателей.

– Специально я ничего не пишу. Всё получается как-то само собой. Помню, возвращались мы с Урожайного в период разрухи. Всю дорогу я молчала. А когда зашла в дом, взяла ручку, и родилось стихотворение «Деревня». Или вот сидела вечером в саду, смотрела на вишнёвые деревья в цвету, на кота нашего Махоню и описала свои чувства в стихотворении «Вечер». Ещё одно стихотворение посвящено маме. Гляжу на её фотографию, и мне даже не верится, что сейчас я гораздо старше её.

Да, сейчас свободного времени у Анны Ивановны намного больше, чем 20 – 30 лет назад. Есть возможность больше созерцать, размышлять и творить. От души желаем этой замечательной, энергичной и талантливой женщине здоровья, вдохновения и новых творческих идей! Ведь за что бы она ни бралась, она делает это великолепно!

У святого распятья

У святого распятья я поставлю свечу.

Осеняясь крестом, помолюсь, помолчу.

Поплывут имена, как туман над рекой,

И уйдут в никуда – чистый мир неземной.

Я сухими губами прильну к образам –

На всё воля Твоя, и дам волю слезам.

Плачут свечи в церквах восковыми слезами,

Они плачут о тех, кого нет уже с нами.

Знаю, так суждено, знаю, как это больно –

Их любить и терять, вспоминая невольно.

Только время излечит, как целебный настой,

Чтобы вновь обрести свой душевный покой.

Моя жизнь, как свеча, всё горит и горит,

Но однажды и мне суждено заплатить.

Что неведомо мне, то известно творцу,

В какой день, в какой час он погасит свечу.

У святого распятья я поставлю свечу.

Осеняясь крестом, помолюсь, помолчу.

Плачут свечи в церквах восковыми слезами,

В сердце тихая грусть вечно жить будет с нами.

Жизнь

Жизнь терновые метки расставила:

Радость, счастье, изломы и смех.

Не в богатстве удачу искала я,

Не из денег слагала успех.

Радость в том, что на свет появилась.

Счастье в том, что любима была

И удары судьбы принимала,

И с улыбкой по жизни несла.

Моя жизнь – быстрокрылая птица,

Ты подольше кружись надо мной,

Дай мне вдоволь тобой насладиться,

Надышаться. А впрочем… постой,

Подари золотые денёчки,

Окропи жажду жизни вином.

Пусть не гаснут в глазах огонёчки

Под твоим опалённым крылом.

Но, увы, жизнь, как песня, как ветер,

Потихоньку уйдёт в никуда.

Может, кто-нибудь ночью заметит,

Как скатилась по небу звезда…

Маме

На меня смотрит мама с портрета –

Молода, будто дочка моя,

В шерстяное платье одета,

Безупречна фигура твоя.

Ясный взгляд под тёмной дугою,

Чистый лоб под густою волной,

На меня смотрит мама с портрета,

Только голос не помню какой.

Сколько лет я тоску пеленала

И качала её на груди.

А она где-то рядом летала,

Берегла, чтоб не сбилась с пути.

Лишь во сне потихоньку просила:

«Не грусти обо мне, отпусти».

Отпустила и голос забыла.

Ты прости меня, мама, прости…

Улетела и канула в лету.

Тихо в сердце ношу образ твой.

На меня смотрит мама с портрета,

Только голос не помню какой.

Рябиновая осень

Рябиновая осень, как сладостный дурман,

Срывает с веток листья и обнажает стан.

Алеют ягод гроздья на выпавшем снегу,

Я воздухом рябины напиться не могу.

Рябиновая осень – рубиновая даль.

О прошлом не жалею, мне прошлого не жаль.

И пусть мелькают годы, меняясь чередой,

В душе своей останусь, как прежде, молодой.

Вечер

Вот и вечер подкрался – тихоня,

Зашептал ветерок: «Спать пора».

Кот блудливый по кличке Махоня

Улизнул по делам со двора.

Да и мне от чего-то не спится,

Потихоньку уйду в белый сад,

Доиграла в соцветьях зарница,

Вечер пьёт их густой аромат…

В белых платьях стыдливые вишни

Сыплют снегом венчальный наряд,

По небесной тропе звёзды вышли,

Изливая на них благодать.

А вокруг лазурь золотая

В переливах сиреневой ночи.

Мне кажется, в мире одна я,

Да черёмухи белые очи.

Ночка кутает зыбкою шалью,

Да и гонит меня со двора.

Вот и кот возвратился с гулянья,

Видно, правда, милок, спать пора…

Я люблю свою русскую осень!

Снова осень расправила крылья,

Золотой зашуршала листвой.

Я гнала от себя прочь унынье,

Любовалась её красотой.

Разве можно в неё не влюбиться,

В жар её ярко-рыжих волос!

Полыхала малиной зарница,

Осыпалась радугой звёзд.

Всюду жарко пылала калина:

Жар её мою душу томил,

Гроздья алые будто рубины,

Словно горькие слёзы рябин.

В позолоте деревьев верхушки –

Как на храмах святых купола.

А на выжженной зноем опушке

Бабье лето сгорело дотла.

Я люблю свою русскую осень

За её Богородичный лик,

За молитвенный шёпот листьев,

Что мне стрункой в сердце проник.

Я люблю аромат её зрелый

Спелых яблок на алой заре.

И смотрю я на свет белый-белый –

Как всё дивно и трепетно мне!

Миг Рождения

1

Родилась в Рождество,

В светлый праздничный день.

Дед молился в углу,

Мать лежала, как тень.

За окошком мороз, словно святочный лик.

В деревенской избе

Прозвучал детский крик.

Повалила родня

На дитя посмотреть.

Мать от сглазу меня

Затолкала на печь.

Не унявшись, толпа стала мать донимать:

«Ты скажи нам, скажи,

Как дитя будешь звать?»

«Анной, Анной, – в углу

Раздался дедов глас, –

Ведь она в Рождество,

В святой день родилась!»

Если дед так решил,

То ему не перечь!

И усталая мать

Поглядела на печь.

2

Заметает метель

Прошлых лет вереницу.

Я по жизни лечу

Быстрокрылою птицей:

То взлетаю я вверх

Высоко в одночасье

И купаюсь в лучах

Мимолётного счастья,

То гонимая бурей

От злобы людской,

Молча падаю вниз,

Наживая несчастья…

И тогда снится дед –

То ли сон, толь виденье:

«Имя я тебе дал

В святой день во спасение!»

Я люблю Рождество –

Праздник жизни моей.

В доме шумно, тепло

От улыбок друзей,

Ровно свечи горят –

В них и радость, и грусть,

Да в окошке звезда,

Осветившая путь.

Деревня

Эх, родная деревня моя,

Покосилась, как крест на погосте.

Затянулась бурьяном земля,

Да в безмолвном пруду тонут звёзды.

Развалился культурный наш храм,

Ворон клычет на ферме печальной.

Бесхозяйственность бьёт по глазам,

А на вывеске – «п. Урожайный»…

Всё, что было, угробили вмиг

И сменили печальной разрухой.

Полунищий, небритый мужик

Горе глушит вонючей сивухой…

А ведь было: деревня жила

Жизнью радостной, полной и светлой,

Не смолкали в полях трактора,

Урожай предрекая несметный,

Медуницей пестрели луга,

С сытных пастбищ мычали коровы:

«Пей-ка вдоволь, страна, молока!

Будьте счастливы все и здоровы!»

А теперь? Что же мы за народ?

Сами лихо своё накликали!..

Может, это не ворон орёт,

А страна, что мы все потеряли?

Грёзы

Полоса, ты моя полоса,

То ты чёрная, то ты белая.

Как по шпалам, иду из полос

К горизонту, где радуга спелая:

Пробежаться по ней босиком,

Раствориться в лазури безбрежной,

По лугам попорхать мотыльком

И присесть на цветочек прибрежный,

Притаиться на ветке берёзовой,

Обнимая её белый ствол.

Пусть бы ветер шептался с листвой,

А мне снился бы сон только розовый.

Автор: Надежда Лавритова

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите левый Ctrl+Enter.